Давным-давно, почти век назад, экономисты смотрели на циклы в экономике примерно так же внимательно, как кот на собственный хвост — вроде видит, но смысла особо не понимает. Считалось, что рынок — это такой всемогущий волшебник, который рано или поздно всё приведёт к равновесию. Ну а если что-то пошло не так — значит, просто рынок решил немного поиграть в качели.
Однако Великая депрессия 1929 года внезапно напомнила человечеству: «Ребята, хватит играть! Тут серьёзные дела». И вот тогда уже никто не мог игнорировать экономические циклы.
В начале XX века вера в капитализм была почти безграничной.
В США после Первой мировой войны начался настоящий экономический бум: казалось, что деньги растут на деревьях, а успех — дело техники. Но тут вмешался крупный капитал — тот самый хитрый дядька с мешком денег и без всяких правил игры. Он решил производить товаров столько, что покупатели просто перестали успевать их покупать.
Это как если бы у вас дома вдруг появился холодильник с бесконечным запасом мороженого — сначала радость, а потом живот начинает протестовать.
Покупательная способность населения не поспевает за аппетитами бизнеса — звучит как начало плохого анекдота: «Приходит бизнес к покупателю и говорит: «Купи меня!» А покупатель отвечает: «А у меня денег нет…»». Попытки стимулировать потребление дешёвыми кредитами лишь раздуло денежную массу до размеров слона в посудной лавке. Спекулятивный бум начал напоминать массовую лотерею: кто первый вложится в акции и разбогатеет? Только вот многие забывали, что лотерея бывает с подвохом.
К октябрю 1929 года брокерские счета имели порядка 30 миллионов американцев из 120-миллионного населения страны!
Представьте себе вечеринку с тридцатью миллионами гостей — шум стоит такой, что соседи уже вызывают полицию. Все вкладывались в акции и ждали быстрого обогащения. Но когда 24 октября началась тотальная распродажа ценных бумаг, известная как «чёрный четверг», оказалось, что многие пришли на эту вечеринку без приглашения и теперь вынуждены покидать её с пустыми руками.
«Чёрный четверг» плавно перерос в «чёрный понедельник» и «чёрный вторник», словно плохой сериал с продолжением хуже предыдущего эпизода.
К середине недели рынок потерял около 40% стоимости акций — это примерно равно тому, как если бы вы решили продать свой дом за половину цены только потому, что соседи устроили распродажу гаражных вещей.
Экономисты до сих пор спорят о прямой связи между биржевым крахом и Великой депрессией; возможно, это как искать виноватого в том, кто съел последний кусок пиццы — все подозревают друг друга, но доказательств нет. Однако этот крах стал символом наступающей эпохи бедствий и уроком для будущих поколений.
США пережили глубокий спад: банковская система стала рушиться подобно карточному дому после сквозняка от открытого окна бабушкиного дома. Ежегодно закрывалось полтысячи кредитных организаций — нормальное явление для того времени!
Но в 1930 году вкладчики начали массово забирать свои деньги из банков; представьте толпу людей у банкомата в час пик — очереди растянулись на квартал! К 1933 году два из пяти банков обанкротились; вкладчики потеряли около двух миллиардов долларов депозитов (что сегодня можно сравнить с суммой на счёте самого богатого человека).